аристократа, который осмелился выйти на Арену. В тот день Филимонов как раз был в Москве и успел купить последний билет в первый ряд.
Обычно бои длились не меньше десяти минут, противники мутузили друг друга или осыпали магическими атаками. Их подбирали так, чтобы они были примерно равны по силе и бой точно не закончился сразу. Сражения, в которых сходились бойцы из первой десятки и, например, из девятой, были большой редкостью и делались скорее для развлечения, потому что все заранее понимали, кто станет победителем.
Филимонов сделал ещё один глоток ромашкового чая и прошептал:
— Я выжил, я выжил.
Тогда против Ломоносова выставили номер пятьдесят шесть — невероятно сильного бойца, если говорить о сражениях без магии. Филимонов не раз ставил на пятьдесят шестого и всегда выигрывал. Но в тот день… Всего лишь за одну секунду Ломоносов победил пятьдесят шестого — парой быстрых движений! Невероятно! Страшно представить, какой силой обладал этот парень! Поэтому Филимонова едва не долбанул инфаркт, когда он услышал, КТО стоит за дверью. Ломоносов стал покровителем деревни, которую облапошил он, Филимонов! Ему не жить!
Но всё обошлось. Ломоносов пощадил его, только велел отдать все деньги, которые Филимонов содрал с Северных Гребешков, и в качестве моральной компенсации купить трактор и комбайн.
Глава 7
Ипатово, районный центр Гребешковского района, главная больница, три часа дня.
Морская Оса была, как можно догадаться по названию, морским монстром, родственницей обычных медуз. Вообще-то она была безобидной — питалась креветками и мелкой рыбой и погибла по глупости, из-за своего любопытства. Когда долгие годы живёшь едва ли не в центре океана и видишь только касаток, акул и всякую там горбушу, очень сложно удержаться и не подплыть к здоровенной металлической штуке. Ещё сложнее — не опутать её щупальцами, чтобы потрогать и изучить на ощупь.
Морская Оса не знала, что такое корабли, как и то, что через территорию её обитания проложили новый морской маршрут. И конечно же, она не подозревала, что в её щупальцах содержится невероятно опасный яд, который убивает людей мгновенно. Поэтому встречать здоровенные металлические штуки стало для неё своего рода игрой. А в то же время на суше поднялась настоящая паника — газеты трубили об ужасающем монстре из океанских глубин, из-за которого умирали команды и пассажиры кораблей. В конце концов Российское Государство отправило на битву с монстром своего лучшего охотника — Повелителя Теней.
С тех пор Морская Оса обитала в Изнанке, в виде Тени. Большой разницы с океаном она не заметила — вместо воды здесь был чёрный туман, а вместо рыб — другие монстры. Ей понравился новый дом, Морская Оса даже не вспоминала, что вообще-то находится в плену у человека, пока сегодня он не поручил ей задание — охранять двух девушек. Они лежали в просторной белой комнате, все окутанные каким-то трубками Рядом с ними пищали странные коробки. Морской Осе было скучно, но она послушно висела в углу комнаты и наблюдала за входом.
Люди в белых халатах были безопасны, они здесь работали, поэтому Морская Оса их игнорировала. Но вот человечек в чёрной одежде и маске на пол-лица выглядел чужеродно. Морская Оса внимательно следила за тем, как он подходит к ближайшей кровати, вытаскивает из кармана шприц и подносит иглу к одной из прозрачных трубок. Когда человечек в чёрном собирался уже нажать на поршень, Морская Оса прыгнула ему на голову и обвила щупальцами шею. Она всё ещё не знала, что невероятно ядовита, и хотела просто его напугать. Но человечек в чёрном, громко закричав, внезапно забился в конвульсиях и рухнул на землю.
— Чего ты возишься? — дверь приоткрылась, и в комнату всунулась голова в чёрной маске, но больше она ничего не успела сказать — Морская Оса шлёпнулась прямо ей на лицо.
* * *
Договорившись с Филимоновым, я направился в Ипатово — местный районный центр, в больницу которого отвезли пострадавших с рабовладельческой фермы. Я как раз подъехал к четырёхэтажному серому зданию, когда Тень, которую должна была охранять Леру и Веру, послала мне сигнал тревоги. Я ускорился, прошмыгнул мимо поста охраны и ресепшена, накинув лёгкую маскировку, и взлетел по лестнице на третий этаж, где располагалась нужная палата. Здесь царила подозрительная тишина — именно тот случай, когда чересчур тихо. Я приблизился к административной стойке — её угол был вымазан кровью. В дальнем углу лежала окровавленная женщина. Судя по бейджику, главная медсестра. Дышит еле-еле, но жива.
Магическими волнами я быстро просканировал весь этаж. Шесть человек валяются в отключке с ранами средней тяжести. В левом крыле тихо-мирно спят пациенты, а вот в правом… В двух из десяти палат — мертвецы, по два в каждой. Такое ощущение, что кто-то прошёлся по очереди по всем палатам, убивая пациентов, но почему-то не добрался до левого крыла. Хотя я догадываюсь — почему. Во второй палате левого крыла лежали Лера и Вера. Я чувствовал, что в той комнате находилось два трупа, но девушки были живы. От Тени же исходили волны любопытства.
Я толкнул дверь и зашёл внутрь. Мужчины в чёрных штанах, кофтах и масках раскинулись на полу. На их лицах и шеях вскочили большие волдыри. Тень — ядовитая медуза — с интересом хлопала одного из них щупальцем по носу.
— Молодец, — похвалил я Тень и отпустил её в Изнанку.
В коридоре раздались тихие шаги. Я встал за дверью и затаился. Когда в палату вошёл мужчина с ножом наперевес, я ударил его в кадык, выбил из его руки нож и, повалив на землю, скрутил. Он страшно скривился, начал извиваться, пытаясь меня скинуть, но быстро понял, что его старания тщетны — и в этот момент дёрнул челюстью так, что затрещали зубы. Да чтоб тебя Изнанка сожрала! Я совсем забыл про яд, который наёмники Перуна хранят в зубах именно для таких случаев! Изо рта мужчины полилась жёлтая пена, его глаза закатились, и он умер.
Когда я сканировал этаж, его точно здесь не было. Я покинул палату и заглянул в ближайшие помещения. В одном из них было открыто окно. Я выглянул из него — внизу была припаркована невзрачная серая буханка. Сквозь лобовое стекло можно было увидеть водителя. Напитав мышцы магией, я спрыгнул прямо на передок буханки.
Водитель шокированно вылупился на меня, но быстро отошёл и дёрнул ключи в замке зажигания. Машина взревела и тронулась с места. Я разбил кулаком лобовое стекло и дёрнул руль вправо, буханку занесло, бампер врезался в угол здания, из-под капота повалил дым. Водитель выскочил из машины и бросился прочь, но далеко не убежал — одним прыжком я догнал его и повалил в траву. Нужно было чем-то заткнуть ему рот и не позволить использовать яд, но подходящей тряпки под рукой не было, поэтому я стянул с него ботинок и втиснул ему между зубов, а шнурками тщательно примотал эту конструкцию, чтобы не выплюнул.
Из окон высунулись испуганные пациенты и доктора, я приветливо помахал им и потянулся за смартфоном, чтобы вызвать полицию, но совсем рядом вдруг взвыла сирена. Её громкость стремительно повышалась, и буквально через пару секунд из-за поворота вылетела полицейская машина, которая резко затормозила у входа в больницу. Из неё вылезли трое полицейских — двое побежали внутрь, а один пошёл ко мне.
— Ну здравствуй, Ломоносов. Ты всех обезвредил?
— Сержант Коромыслов. Всех. На третьем этаже три трупа, — я кивнул, удерживая преступника, который всё ещё не терял надежды выплюнуть ботинок. — Не ожидал вас здесь увидеть.
В последний раз мы виделись с ним в отделении «СиДР», где меня обвиняли в нападении на сидровца. Чуть раньше мы с сержантом Коромысловым сражались с одноглазым лихом и спасли детишек. Хороший человек. Правда, коньяк мы с ним так и не выпили.
— Отправили в изгнание, — пожал плечами Коромыслов и заковал преступника в наручники. — Сидровцы не прощают тех, кто идёт против них. Меня пару раз подставить хотели, а потом тот придурок… ну, тот, кого ты на место поставил… как его… Лейтенант Кабанов, вот! В общем, он пришёл мне морду бить. По итогу ему даже административку не дали, а меня выкинули из Москвы пинком под задницу. Дали выбор: либо сюда переводиться, либо увольнение по статье, — он ткнул пальцем в преступника и спросил: — Этот тоже с ядом?
— Ага, с ядом, — я отряхнул штаны
